О Собчаке, Путине, Чубайсе и Мутко

Статья прочитана: 1 159

Александр Щелканов — о Собчаке, Путине, Чубайсе, Мутко и других замечательных петербуржцах. Александр Щелканов был главой исполнительной власти Ленинграда недолго – с 1990-го по 1991-й. Многие из тех, с кем он работал – Чубайс, Путин, Мутко и другие, – сегодня занимают высокие посты. А он поселился в глуши, в деревне, и интервью никому не дает.

76-летний Александр Щелканов согласился поделиться куском настоящей истории Петербурга – какой она была на самом деле.

Собчак,Чубайс и Путин

Александр Щелканов — о Собчаке, Путине и Чубайсе

Александр Щелканов живет в деревне Ящерово, неподалеку от Валдая. Он очень занят: ловит рыбу, пилит дрова, собирает грибы. Уже пошли первые сморчки, поэтому времени для разговора ему выкроить трудно. Да и о прошлых временах Щелканов вспоминает неохотно.

Как начальник метро городу не помог

Во время путча 1991 года вы чем занимались?
– В июне 91-го я ушел с поста председателя исполкома Ленсовета, но оставался народным депутатом СССР. Когда случился путч, вошел в штаб по противостоянию путчу в Питере. Обязанности в штабе были четко разделены. Я отвечал за информационное обеспечение и за взаимодействие с войсками.  Моей главной задачей была оценка  обстановки в городе – следить, насколько она взрывоопасна. Впрямую ведь люди спрашивали: когда будут раздавать автоматы? В такой ситуации важно было быть с ними на одной волне: «Да, хорошо бы раздать автоматы, но еще не время…  Мы уже ведем переговоры с военными…» И так далее. Это была тактическая игра. Потому что нельзя было заводить народ, озлоблять. И ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы появилось оружие. Такой бандитизм бы начался! В мои задачи также входило регулярное информирование о ситуации на радиостанции  «Открытый город»  – единственной,  которая тогда работала. Многие каналы ведь уходили от общения. Более того, когда мы обратились к начальнику метрополитена  Владимиру Гарюгину  с просьбой давать в метро сообщения о  текущей обстановке в городе, он отказался.

Почему?
– Среди руководителей многих городских предприятий тогда  было распространено мнение, что, мол, скоро все вернется и будет по-старому. Поэтому они не хотели мараться с  новорожденными демократическими структурками, боясь потом полететь с работы. И затем они довольно долго еще занимали выжидательную позицию.

Кто был главный в городе? Кто принимал решения?
– Штаб возглавлял председатель Ленсовета Александр Беляев. Но для меня главной была моя совесть. От путча мне больше всего запомнилась его нелепость, а из положительного – мобилизация питерцев. Люди с голыми руками шли к Ленсовету   защищать свою власть, которую они впервые выбрали по-настоящему.  Помогали все. Одни приходили на площадь с термосами и пирожками, чтобы покормить тех, кто дежурил. Другие имитировали баррикады.

–  Зачем было имитировать баррикады?
– Тогда для людей это не было имитацией: они перегораживали улицы всем, что можно было найти: скамейками, старой мебелью, каркасами от матрасов. Но я как военный понимал, что раздавить такие баррикады –  даже танка не нужно. Это было несерьезно с точки зрения реального сопротивления. Но нельзя было говорить этого людям. Во-первых, им нужно было куда-то амортизировать энергию: возможно, благодаря этому обошлось без кровопролития.  Во-вторых, я был абсолютно уверен, что войска не войдут в город. Потому что никто из командующих округами не решится на такую акцию, пока не случатся решающие события в Москве.

Насколько единодушны были жители города?
– Сложно сказать. Провокаторы были. Ходили  среди толпы, выкрикивали лозунги, фразы провокационные. Например, кричали что-то вроде: «А где депутат Иванов/Петров?!  Мы тут стоим, а он прячется!» После таких вбросов обычно в толпе начинается обсуждение, люди разбиваются на кучки и отвлекаются от  главного вопроса. И  если вдруг наступит решающий момент, то на площади будет уже стоять не монолит, а какие-то междусобойчики… Откуда взялись провокаторы, я не знаю. Но, как я уже говорил, был очень мощный саботаж со стороны руководства многих предприятий. Как мне потом рассказывали ребята с Кировского завода,  в провокаторы выдвигалась всякая профкомовская мелочевка, заинтересованная  подняться повыше. Иногда мне напрямую звонили «доброжелатели». Например, накануне важных переговоров неизвестный сообщил по телефону, что к месту моей встречи  подошел бронетранспортер со взводом солдат. На самом деле ничего такого не было, но напряженность  нагнетали.

Яростный сторонник люстрации

Говорят,  расследование  действий путчистов в Петербурге длилось всего около недели. А потом Собчак взял на работу большинство сотрудников обкома КПСС. Это он правильно сделал?
– Мое мнение – это безобразие. По всей России бывшие обкомовские работники вернулись на руководящие посты – но в других ипостасях, в других мундирах. И вместе с силовиками они по-прежнему у власти. Я яростный сторонник люстрации и считаю, что нужно было обязательно ввести запрет для них на руководящие должности.

До 1991 года исполком Ленсовета существовал параллельно с обкомом КПСС. Чем они занимались?
– А кто их знает, чем они занимались! Тогда в городе с продовольствием уже было плохо. Помню, столкнулся в коридоре с Борисом Гидасповым (первый секретарь Ленинградского обкома КПСС. – Ред.) – а его кличка в народе была Гестапов, – и он мне говорит: «Служил бы ты еще (а я капитан 1-го ранга), я бы тебя за картошкой послал». На что я ему ответил: «А я б тебя тогда послал…» И сказал, куда. У меня со всем  партийным руководством были такие отношения. Вообще, на обком  всем тогда уже было наплевать. За мой год пребывания в должности ни один обкомовец ни разу не посмел  вмешаться в нашу работу. И уж тем более пригласить к себе или наехать с проверкой, как это прежде практиковалось.

Откуда добывалось продовольствие для города?
– Поездки, поездки, еще раз  поездки. В основном в Москву к поставщикам. Личные контакты. У поставщиков были обязательства, но они не выполнялись.  Многие из них были уверены, что коммунисты вернутся, поэтому не поддерживали новую власть, наоборот, саботировали.  Проблемы были со всем, кроме хлеба. И тогда наш исполком – впервые в Союзе – начал самостоятельно регулировать цены на продукцию городских предприятий. Например, были подняты цены на шоколадные конфеты и введены дифференцированные расценки в банях. Это вызвало  скандал, провокации и слезы бедных бабушек. Но когда я поговорил с конкретными бабушками, оказалось, что их  попросили «поплакать», а за это чем-то угостили.

Кто попросил?
– Те, кому выгодно было дестабилизировать обстановку в городе, чтобы показать недееспособность новой власти.

А чем питались депутаты и сотрудники вашего исполкома?
– Мне повезло работать в такой период, когда не было никаких льгот, никаких надбавок – ничего. Ни одного продовольственного набора ни разу в исполкоме никто при мне не получил. Хотя на предприятиях такая форма поддержки  сохранялась еще очень долго.

Тогда было много разговоров о создании в городе свободной экономической зоны. Почему не получилось?
– Да, тренд на это был мощный. Но в моем представлении, Петербург совершенно не годится для создания свободной экономической зоны. Для этого его территория должна отвечать  большому перечню требований, которым город не соответствует.

Склонность подхватывать чужие идеи

Исполком Ленсовета стал первым исполнительным  органом, куда сотрудники не назначались, а их выбирали.
– Любой мог прийти на конкурс, который  достигал десяти человек на место.  Мы создали комиссию, которая после тренингов и деловых игр отсеивала кандидатов. Затем их представляли мне, я их отбирал и выдвигал на утверждение Ленсовета.  К слову, Владимир Яковлев, ставший потом губернатором Петербурга, не прошел отбор. Хотя он и говорил, что сам отказался, но это не так. Я выполнил свою главную задачу – разделил исполнительную и законодательную власти в городе. Фактически  создал  мэрию, которая стала новым самостоятельным органом власти.

Мэрию потом возглавил Собчак. Откуда он брал кадры?
– Уж откуда он их брал, я не знаю. Но практически от всех, нацеленных на создание демократической системы, он отделался. Он избавлялся от наиболее мощных фигур, потому что на личностном уровне не терпел соперников. В  сферах, в которых он мало разбирался,  оставил прежние кадры – например, Чубайса, Кудрина, Маневича.

Значит, Чубайс и Кудрин смогли приспособиться к Собчаку?
– Я к этим людям отношусь  с уважением и не хочу их обсуждать. Про Чубайса, бывшего тогда моим замом по экономической реформе, могу рассказать только один эпизод. Собчак задумал убрать меня из председателей исполкома, а мое место предложить Чубайсу.  Чубайс в этой ситуации повел себя достойно. Он сказал: «Извините, я отказываюсь».

Многие из тех, с кем вы тогда работали, сегодня занимают ключевые посты в государстве: Мутко – министр спорта, Сечин – президент «Роснефти», Путин – президент России. Как они себя проявляли?
– Ой, при мне Мутко не упоминайте. И этого… Козака.

Мутко, Путин, Козак

Мутко, Путин, Козак и другие «замечательные» люди

Почему?
– Не рукопожатные это люди. Я много с ними общался и имею к ним очень плотные претензии.

Что они такого плохого сделали?
– А ничего. Ничего из того, что должны были сделать, не сделали. С Мутко у меня начались  разногласия, когда он еще был председателем Кировского райисполкома. А Козак, по-моему, тогда работал в юрслужбе исполкома. Больше про них ничего не скажу. Пускай они цветут и пахнут. Про Игоря Сечина я тогда даже не слышал. Для меня вообще откровением было, что он работал в одно время со мной. Путин при первой встрече меня неприятно поразил. Он замещал Собчака и докладывал что-то нам на заседании ЗакСа. У него был совершенно бесцветный ледяной взгляд – как будто  людей в зале он вообще не видел. Это очень напрягло. Он заявлял взглядом, манерой, что я, мол, выше вас.  Путин мог быть общительным и улыбчивым  до тех пор, пока ему не задавали неприятный вопрос. Тогда он сразу ошкуревал, то есть становился чрезвычайно жестким в лице, а вместо ответа  обычно выдавал какие-нибудь полухамские шуточки.

А за что вас Собчак невзлюбил?
– Ох, господи… Да просто  это человек не моих принципов. Я ничего хорошего о нем сказать не могу, и не надо его трогать. Собчак и Путин были довольно близки по манере общения, особенно с депутатами. Собчак как-то заявил, что половина тогдашнего законодательного собрания – умственно больные.

Собчак почему-то не хотел переименовывать Ленинград в Петербург.
– Да, но потом же он подхватил эту идею, и нес ее, как свое собственное знамя!  Хотя на самом деле идея переименования принадлежит депутату Скойбеде и еще одному, не помню фамилию. Они на первом или втором заседании Петросовета залезли на балкон и развернули там российский триколор, и от них же исходила идея переименования.  У Анатолия Александровича  тогда истерика случилась: «Ах, милиция, уберите их!»  А потом он сам подхватил эту идею. Вынести Ленина из Мавзолея предложил депутат Корякин. Анатолий Саныч подхватил и ее.  У него такая склонность была – подхватывать чужие идеи.

Говорят,  вы умудрились настроить против себя большинство Ленсовета.
– Полная чепуха!  Собчак дважды пытался вынести на заседание Ленсовета вопрос о снятии меня с должности, но ни разу ему не удалось даже включить его в повестку.  Я вообще с огромным скрипом согласился на эту должность. Жена каждый день ждала меня с работы с дрожью: в каком виде я вернусь – как  измочаленная мочалка или не совсем. Противники в Ленсовете у меня, конечно, были. Дело в том, что мы с ними по-разному представляли, чем должен заниматься председатель исполкома.  Многие искренне шли в Ленсовет, чтобы приносить пользу городу, и считали, что все можно изменить  резко, одним ударом. Но мои задачи были принципиально иные: не допустить конфронтации новых исполнительной и законодательной властей. Создать схему управления городом, в том числе в чрезвычайных ситуациях. Создать план по улучшению качества жизни горожан. Эти документы были разработаны. Но оказались никому не нужными. Я с большим уважением отношусь к первому составу Ленсовета. Многие их них были очень честными людьми, не искавшими выгоды для себя.

В деревню, в глушь

Ваш портрет висит в Смольном в галерее градоначальников. Видели?
– А я его не видел. Художник какой-то пришел ко мне, сказал, что ему поручено написать мой портрет. Сначала я петушился, отнекивался, а потом понял, что для истории это нужно, и согласился. Но того художника я больше не видел. И портрета тоже. Говорят, я там в форме нарисован.

Прежде вы были в гуще событий, а сейчас живете в глуши. Скучно?
– Какое там! Я вообще очень долго могу существовать один. А уж когда рядом есть такой человек, как моя жена!  Хожу в лес, рыбачу, читаю.  Плотва сейчас, по весне, крупная. Сморчки недавно пошли, но набрал всего с  десяток, хотя обычно в это время сотню-две приношу.  Надо опять в лес идти. Деревня у нас небольшая – полсотни домов, наверное, но жилых не больше десятка. Магазина, поликлиники, транспорта – ничего  нет. За продуктами ездим в город раз в неделю, по четвергам. До шоссе тут пешком пара километров,  затем до Валдая еще 10–12 километров на автобусе.  Машины у меня нет и никогда не было.

Не трудно так жить?
– Трудно.  Воду носим ведрами,  дрова пилим-колем. Есть небольшой огородик, цветочки. Посадили недавно около пяти десятков деревьев на участке, потому что он был какой-то пустоватый: сосны, кедры, рябину, каштан, калину.  Из живности есть только кошки, их у нас девять. Они сами к нам зимовать пришли. Мы здесь круглый год живем, а дачники разъезжаются и кошек оставляют. Мы много думали с женой, прежде чем перебраться сюда.  Но ради этого ведь и ехали – чтобы оставались трудности.  Не исключаю, что именно за счет них нам и удается оставаться активными.

Капитан-грузчик-депутат

Справка: Александр Щелканов родился в 1939 году. Закончил Ленинградский кораблестроительный институт,  Московский военный институт переводчиков и Северо-Западный кадровый центр при Правительстве РФ.  Служил на флоте, уволился в звании капитана 1-го ранга.  Работал на заводе слесарем-инструментальщиком, затем грузчиком.  В 1989–1991 гг. – народный депутат СССР. В 1990-м стал председателем  исполкома Ленсовета.  С 1994-го по 2002-й  – депутат  Законодательного собрания Петербурга.              

Елена РОТКЕВИЧ

P.S. Александр Щелканов дал добро на публикацию интервью без согласования, но попросил в конце текста вставить фразу: «Если будут какие-то неточности, редакция приносит свои извинения».

Источник: www.online812.ru





Понравился материал? Поделитесь с друзьями в социальных сетях:

comments powered by HyperComments Другие статьи раздела:

Разрешается свободное использование текстов, только при наличии прямой индексируемой гиперссылки. Материалы сайта предназначены для лиц 16 лет и старше.

Все права защищены. Свобода слова © 2014 - 2017   · Тема сайта от GoodwinPress Наверх